Сеня на заседании кафедры


Сеня на заседании кафедры

 

Виктор Иванович Дащук талантливо и добросовестно исполнил просьбу шефа – в положенный срок Сеня успешно защитил кандидатскую диссертацию. Как это водится в профессорских кругах, Валентин Аркадьевич определил своего младшего сына ассистентом в политехнический. На кафедру профессора Закаряна, с которым он водил отношения, похожие на приятельские.

Новый шеф сделал Сеню, как ему показалось, своим фаворитом. Поручил читать всего один курс, притом с солидным названием и в то же время не требующий особой подготовки. По методике он получил задание поставить всего лишь одну лабораторную работу по теме только что защищенной диссертации. А переработать диссертационный материал в приложении к учебному процессу ему по старой договоренности помог бывший научный руководитель – ВикторИванович. Таким образом, фактически вся запланированная методическая нагрузка была у Сени выполнена еще в самом начале учебного года.

Учебный год прошел, что называется, «на ура». Поэтому перед финальным заседанием кафедры, где должно было утверждаться все, что выполнено за год, Сеня чувствовал себя «на коне». Еще вчера он заполнил все графы своего плана и, довольный собой, сидел за своим рабочим столом, листая американский научно-технический журнал, который ему только вчера принес папа от заведующей библиотекой – новинка! Но, к его удивлению, никто из коллег даже не поинтересовался, что за фолиант он листает.

Было всего около одиннадцати утра, а июльская жара уже давала о себе знать. В помещении, где предстояло заседать, были отворены все окна и двери. Не чувствовалось не то, чтобы сквозняка, а даже малейшего движения воздуха.

Почти все преподаватели сошлись еще за полчаса до назначенного времени и весело толковали о будущем отпуске, о рыбалке, охоте, о море, о детях, автомобилях, байдарках и прочем. О работе никто уже не вспоминал. Настроение у всех было самое, что ни на есть, отпускное. Ни один человек не высказывал ни малейшего признака волнения или тревоги по поводу предстоящего утверждения выполнения индивидуальных планов.

«Ишь, как Закарян распустил их – не то, что папа на своей кафедре. У него самого, видимо, не все в ажуре. Но ничего, сегодня зададим им парочку серьезных вопросов», – самодовольно ухмыляясь, думал Сеня.

Закарян пришел ровно в одиннадцать. Все дружно встали, приветствуя своего шефа, но он жестом усадил аудиторию и тут же с улыбкой приступил к ведению заседания.

Сегодня, уважаемые коллеги, у нас на повестке дня всего один вопрос – утверждение индивидуальных планов. Формально мы обязаны заслушать каждого, а времени, как и всегда, совсем мало. Днем синоптики обещали тридцать два градуса жары! Так что прошу всех высказываться покороче, чтобы успеть разойтись до наступления полуденного зноя. Начнем от окна. Димитрий Матвеевич, прошу вас.

Профессор Гамов встал, но Закарян тут же попросил его сесть:

Димитрий Матвеевич! Сидя, пожалуйста. Мы не на придворной церемонии. Кроме того, я предлагаю зачитывать только методическую и научную работу. Учебную не трогать. Всем и так ясно, что мы ее выполнили. Нет возражений? Тогда пожалуйста.

У меня было запланировано… – скороговоркой затараторил Гамов. Он зачитал методические поручения, потом перечислил научные темы, в которых принимал участие, и перешел к воспитательной работе со студентами.

Ясно, – сказал Закарян, – мы знаем, что все у вас выполнено аккуратно и добросовестно. Замечания есть? Вопросы к профессору Гамову? Нет. Отлично. Предлагаю утвердить. Кто за – прошу голосовать.

Сеня внимательно наблюдал за аудиторией. Все спокойно подняли руки.

Спасибо. Прошу опустить. Следующий по порядку – наш молодой ассистент, кандидат технических наук Семен Валентинович Ампиров. Прошу вас, Семен Валентинович.

При этом Закарян доброжелательно улыбнулся, а Сеня с самым серьезным видом начал отчитываться, почти по-военному отчеканивая заранее отрепетированное сообщение, подробно останавливаясь на каждом пункте. Но Закаряну в конце концов эта тягомотина надоела, и он деликатно прервал Сеню:

Пожалуйста, не так подробно. Невыполненные пункты у вас есть?

Нет, Самвел Вартанович. Вот – прошу…

Сеня зачем-то протянул ему план, но Закарян отмахнулся.

Ладно, довольно. Вопросы, замечания к Семену Валентиновичу? Нет? Утверждаем. Теперь – доцент Калганов. Дальше я буду без титулов, имен и отчеств – можно?

Пожалуйста, Самвел Вартанович! – мягко ответил Калганов.

Ну конечно, – зашумели преподаватели, которые также спешили домой и изнывали от жары.

Подобно Гамову Калганов зачитал основные пункты плана и закончил:

Все поручения выполнены.

Предлагаю утвердить, – сказал Закарян, – возражения есть? Утверждается.

Преподаватели выступали один за другим, Закарян предлагал утвердить, никто не возражал. Такой ход финального заседания Сене показался весьма непривычным. Он несколько раз присутствовал на аналогичных заседаниях кафедры у своего папы. Там было все по-другому. Все подвергалось сомнению и недоверию, без конца кого-нибудь уличали в очковтирательстве, обвиняли в безделье, недобросовестности и так далее. «Неужели здесь все такие честные и добросовестные, что сомневаться не приходится? – скептически прикидывал Сеня. – А что если поинтересоваться истинным положением дел»?

Но выступали уважаемые профессора, доценты, и Сеня не решался нанести неожиданный удар. Но вот очередь дошла до «неостепененного» ассистента – Леши Каранчука. Тот, как и все предшественники, быстро доложил суть поручений и сообщил, что все пункты выполнены.

Спасибо, Алексей Емельянович, – сказал Закарян. – Возражения, вопросы есть?