Студент-лектор


Он продолжал невнятно бубнить, писать и, забыв о существовании тряпки, стирать рукой. Временам он, забыв также о существовании носового платка, вытирал нос тыльной стороной ладони, шмыгал носом, откашливался и продолжал лезть из кожи, мужественно пытаясь исполнить роль лектора до конца. Ему кое-как удалось записать сумму ряда. Но Глазман снова вскочил с места с высоко поднятой рукой, копируя Хусточку:

*А вот – непонятно!

Грянул новый взрыв смеха. Кто-то зааплодировал, а где-то на галерке попытались топать ногами. Глазман опять с невозмутимым видом изрек:

*А почему вы суммируете от нуля до бесконечности? Вы же ввели отрицательные индексы?

*Где? А, да! Вот гадство! Хомутнулся! Сейчас!

Он начал поспешно стирать, а аудитория снова впала в неистовство. В это время прозвучал спасительный звонок, и Хусточка с облегчением вздохнул. А Глазман, перепрыгнув через стол, непрерывной дугой охватывающий кафедру, побежал к двери с криком:

*Ура! Звонок! Покурим, братцы!

И снова все зашлись истерическим смехом и ринулись к выходу.